7000$: «Рок должен играться на стадионах»

7000$ («Семь штук баксов») — рок-группа из Нижнего Новгорода, играющая в жанрах ню-метал. Название позаимствовано из словаря, который прилагался к книге рэпера Ice T «The Ice Opinion», подаренной «Кресту» Мошем Кханом (Mosh Khan), вокалистом Fun Da Mental: «G’s — thousands; one G — is one thousand dollars». На русский это переводится как: «G’s — штуки; одна G — это одна штука баксов».

Группе уже 16 лет. Не тяжка ноша лет? Для музыкантов, вообще, характерно уставать от имиджа, музыки, репертуара?

Иван: Я считаю, что рок-музыканты никогда не стареют, как и сам рок — эта музыка вечна. Да и потом, музыка — слишком многогранна, и когда казалось, что лучше ничего уже не появится, в следующую ночь записываешь очередное демо нового трека и понимаешь на утро следующего дня, что вот — он, супер новый хит, и этот процесс постоянно повторяется. По правде говоря, никогда не знаешь, каким в итоге будет альбом. От некоторых старых треков устаем и, как правило, в плейлисте остаются проверенные временем хиты, которые всегда приятно играть. Возможно, для кого-то усталость от рока — это звонок, что пора заканчивать с карьерой, но точно — не для нас. Скоро новый альбом: вот там будет настоящая жара!

Альберт: С отдыхом проблем нет, мы же не работаем рок-музыкантами с 10 до 18. От имиджа своего кумира скорее устают фаны, потому что в какие-то моменты рок-звезда становится карикатурой на самого себя (и не только рок-звезда). От музыки очень просто отдохнуть: просто нужно нажать кнопку «пауза».

Тут важнее и сложнее другой психолого-философский аспект. У любой группы не так много фанов, которые ходят на концерты 16 лет подряд. Все течет, все меняется — меняется и публика: она обновляется, фанам рока всегда 15-18 лет, я имею в виду, основную, наиболее активную ее часть, хотя на нас ходит много людей, и 25, 30 лет и т.д. Так вот, новая публика, конечно, лучше знает новый материал, но не всегда. Ей нравится то, что нравится в силу возраста, хотя современные молодые люди умнее нас в их возрасте. Я к тому, что в 16 лет больше нравится «Ска», чем «Империи», хотя песня «Еноты» нравится всем). Да да, совсем забыл… фаны-то не меняются (в плане возраста), а мы — меняемся. И на многие вещи мы смотрим по-другому. В конце концов, мы умнеем, я надеюсь.

Вы считаете себя реализовавшимися в творчестве? Рассказали слушателям все, что хотели?

Иван: Дело в том, что совершенству — нет предела, и каждый последующий альбом — лучше предыдущего. Так что, если вам понравилась «Тень независимости», то следующий альбом вам понравится еще больше, мы не сбавляем оборотов.

Альберт: Жизнь предлагает каждый раз новые темы, так что всегда будет, о чем рассказать слушателям. По поводу реализации. Творчество — это процесс: есть только пункт «А», пункта «B» — нет.

Опишите свой стиль сейчас. Начинали вы с рэпкора, а как происходила дальнейшая эволюция?

Иван: По сути, с чего начали к тому и пришли. Современный рэпкор эволюционировал под влиянием огромного количества экстремальных стилей музыки, но также появилась и электронная составляющая. Сочинять электронику и качевый рэпрок в полную силу мы начали на «Тень независимости» и продолжим на новом альбоме. Ранее мы много экспериментировали с металом, роком, нью рейвом, дабстепом, панк-роком и т.д.

Альберт: Творчество группы всегда было эклектичным. Разве «Тускнею» и «Ска» — это рэпкор? Каждый новый музыкант привносил в группу свой стиль. Можно сказать, что это — конъюнктура, но как можно не замечать то, что творится за окном, в музыкальной индустрии? Конечно же, это все повлияло на нас: даже русский рок меняется, но волосы я так и не покрасил.

Как изменилась ваша аудитория за эти годы? Альтернативщики все-таки сменили камуфляжные штаны на галстуки и рубашки с запонками? 

Альберт: Наши верные фаны стали более «забитыми», закончили университеты, работают, но по-прежнему ходят на концерты. Особенно это заметно в Москве. Наш верный фан-костяк, проверенный временем. Меня удивляют слушатели на концертах на нашей родине, в Нижнем Новгороде. Очень много новых лиц, молодых людей. Я думал, что такую музыку 15-летние не слушают. Тверк, трэп, «мы встретились в маршрутке», «дерзкая», «мокрая» — есть что послушать, в общем.

Иван: И многие города нашего крайнего тура хочется отметить! Там много людей, слушающих такую музыку.

Иван: Альтернативщики не всегда ходят в камуфляже, хотя, на сцене — желательно.

У музыкантов насыщенная жизнь вне группы, свои интересы и т.д. В мире так много интересного: живопись, танцы, спорт, компьютерные технологии, книги, театры. Все это нужно «впитать» и «переварить», чтобы дома или на репетиции все это превратить в «Лавину дней», «Соки Жизни» и т.п.

Представьте, что группа вернулась к истокам и начала выступать полностью бесплатно, на энтузиазме. Готовы были бы продолжать играть? 

Иван: Если бы мы думали только о том, как заработать много денег, то делали немного другую музыку. Мы всю жизнь — в андеграунде и никого это не остановило. Наоборот, это делает тебя особенным, группой не для всех. У нас имеется своя большая туса в каждом городе и это — не может не радовать.

Альберт: А без энтузиазма — никак, даже если за это платят деньги. Очень много профессий и мест, где платят больше, чем музыкантам. Люди становятся альпинистами, летчиками, путешественниками не из-за денег. Я не знаю, сколько зарабатывал Ван Гог. Деньги — это необходимость, как одежда и т.д., но не все, кто зарабатывают много денег не музыкой, могут себе позволить отыграть концерт на каком-нибудь летнем фесте или в большом клубе, когда тебя слушают тысячи. Надо как-то совмещать. Быть богатыми и знаменитым.

Считаете себя клубной или, все-таки, стадионной группой?

Альберт: Я могу одно сказать: рок для меня это стадионная музыка. Группы играют в клубах, потому что 50 человек проще собрать, чем 50 тысяч, но рок должен играться на стадионах.

Иван: Мы одинаково качественно качаем и тут, и там.

Никогда не было желания заработать денег и уехать из страны? Петь, к примеру, на японском. Знаем, в этой стране ваша музыка пришлась по душе.

Иван: Нет, мы — русскоязычная группа и играем в России. Для меня всегда оставались загадкой группы, поющие на английском, и, при этом, без перспектив издания за рубежом. Однако сейчас мы издаем нашу «Тень Независимости» на английском для релиза в Японии. Наш предыдущий диск хорошо продавался и на русском, так что решение перевести тексты и переписать вокалы было единогласным. Также планируем издаться в Европе и Штатах.

Альберт: Одно время у меня было желание уехать в Америку, но после визита туда понял, что чтобы тарелки мыть или работать парковщиком, необязательно ехать так далеко. Люди хотят жить хорошо, и неважно — где. Живя в России, я работаю музыкантом, здесь своя квартира, круг общения, хобби, любимый город. Я понимаю, что это — зона комфорта, но я не хотел бы жить в Америке, работая непонятно кем.

Насчет японского, Японии и эмиграции. Английский язык тоже не очень простой, но — важнее. Можно играть везде, никуда не переезжая, а если уж переезжать, то быть на 200% уверенным в том, что на новой родине тебя любят и ждут. А то, можно громогласно заявить, что заканчиваешь какую-либо деятельность в России, а потом вернешься сюда как сволочь. Не стыдно вернуться в Россию, стыдно послать родину, а потом вернуться, дав понять, что вся твоя популярность в Китае или в Англии была пшиком, потому что, если там все было так хорошо, то зачем было возвращаться с поджатым хвостом? Знаю я таких двух поп-персонажей.

К слову о Японии, расскажите про райдер. В нем есть M&M’s, рассортированные по цвету, или обнаженные модели в гримерке?

Альберт и Иван: M&M’s нет никакого, но появились: молоко, сок, фрукты, обезжиренный творог. Никакого спиртного, сигарет, из вредного — только энергетики. ЗОЖ, одним словом. Новый директор — новые правила. Но сначала был культурный шок, особенно у организаторов, я думаю.

Обнаженные модели? Гримерка — только для музыкантов, директора, персонала группы.

Расскажите, что обычно играет в вашем плейлисте?

Альберт: Обычно я слушаю джаз, фанк. Конкретно сейчас: AccuRadio, жанр Groove Jazz.

Иван: Обычно слушаю музыку в машине и это что-то, что высаживает напрочь колонки и заставляет вибрировать соседние автомобили. Однако сейчас стараюсь ничего не слушать, кроме своих демо-записей, так как сочиняю новый альбом.

Какие остались впечатления от краудфандинг-кампании? Некоторые группы постепенно разочаровываются в сборе средств. У нас в стране вообще не привыкли платить, а тем более — спонсировать.

Иван: Для нас это — хороший опыт! Очень много людей поддержали эту идею и проект группы. Оба проекта собрали, и это в очередной раз дает понять, что слушатель не безразличен к музыканту и готов поддержать не только на концертах, плюс, мы успешно распространили очень много мерча, дисков, плакатов в те уголки мира, где мы бываем крайне редко. Сейчас мы подумываем о запуске нового проекта.

Кстати говоря, о сборе средств. Читали ваше обращение от 1 мая, насчет свободного распространения вашей музыки. Не боитесь пиратства? Ведь записи — это все-таки хлеб любого музыканта.

Иван: Наш хлеб — это концерты и продажи мерча. Про остальное — не слышали. В Японии в этом плане все иначе: каждый отчетный период – письмо с роялти. А музыка не должна встречать

преград для распространения. Нам не жалко, что ее скачивают, и никакие законы это не изменят.

Ваши фанаты предвкушают продолжение FUCK THE SANCTIONS TOUR. Расскажите,  чего ждать? Будут сюрпризы?

Будет Москва,  Питер. Для кого-то это — уже сюрприз,  неожиданный,  долгожданный. Надеемся,  будет урало-сибирский тур. Может Япония что предложит. Как знать…

Увидим вас на летних фестивалях в этом году?

Иван: Планировались выступления на Мотоярославце и Доброфесте,  в планах посетить еще несколько фестов. Все расписание будет на нашей странице в VK,  где мы проводим конкурс для наших прекрасных слушательниц. К фестивалям мы готовим программу, в которую войдут новые песни! Так что любители эксклюзивов и новинок не должны это пропустить!

Комментариев пока нет

Комментарии закрыты