Людмила Мешкова: Если кто-то хочет петь о политике — это его право и дело

Группа Felidae и Людмила Мешкова полны сюрпризов: представив масштабное шоу «Сохрани в своём сердце» прошлой осенью, они продолжают открывать новые грани своего творчества. Сегодня ICON поговорил с Людмилой о политике, краудфандинге и современных технологиях.

У венецианской маски кошки, которую вы используете в выступлениях, достаточно богатая история и интересный бэкграунд. Вы, вообще, считаете себя сторонниками мистицизма?

Скажем так, мистицизм входит в мое видение мира, однако, мне не нравится само слово мистицизм, поскольку оно подразумевает некое культивирование вещей, которые таинственны и не вполне понятны для повседневного восприятия. Я же просто считаю должным признавать их как некую часть нашей реальности, часть, непознаваемую рациональным началом. Это — некая область мира, в которую необходимо вчувствоваться, постигать ее с помощью интуиции и… сердца. Поэтому да, я склонна внимать голосу сумрака, но не считаю должным делать из этого нечто надуманное и, как я уже сказала, культивированное.

В записи концерта-презентации «Искры» вы использовали много технологических приемов: видео-мэппинг, костюмы с диодами. Расскажи, кто и как создавал это шоу.

В общей сложности, команда состояла из сорока человек, каждый из которых отвечал за ту или иную составляющую шоу. За видео-проекции отвечала команда молодых студентов Высшей Школы Экономики, факультета анимации и дизайна, кажется… Танцы ставили наши замечательные друзья, актеры театра «Тампль», диоды и систему радио-сигналов к ним разрабатывал известный в ролевой тусовке мастер на все руки Крейл, костюмы шились у семейной четы швей Alex Family. Изначальные концепции исходили от меня, как автора, но в процессе реализации люди добавляли в них свое видение и понимание, и это, на мой взгляд, лучшее, что может происходить в совместном творческом процессе. Лично мне хотелось соединить в шоу музыку с визуальным рядом и участием живых актеров. Хотелось, чтобы в этот час зрители не просто послушали ряд песен, а прожили свою жизнь в Картонном Городе.

Получается, технологии и geek-новинки отлично сочетаются с рок-стилистикой и работают не только в связке с поп- и электронной музыкой?

Да! Совершенно верно, и получается действительно здорово! Мне кажется, что выход за рамки своего поля — это один из основных путей развития и достижения интересных результатов.

Почему вы решили использовать хореографию? Это для рок-сообщества — вообще что-то новое, крайне редко используемое.

В альбоме есть очень четкие визуальные образы. Они просто… просились быть воплощенными в танце! Минотавры и девушка-Искра — это то, что в общем-то, достаточно четко видела не только я, но и те, кто работали со мной при подготовке шоу. Я должна отдать должное ребятам из Тампля, Никите Коледину, Анне Рудик и Ивану Новикову, которые невероятно точно уловили все, что должно было быть сказано с помощью танцевальной пантомимы.

Ты осталась довольна результатом полностью? Не хотелось бы вернуться и что-то изменить? Ведь говорят, музыканты редко бывают до конца довольны своим продуктом.

Ну, естественно (смеется)! Есть куча всего, что мне хотелось бы доработать и добавить, и я очень надеюсь, что нам еще представится шанс сделать постановку шоу и реализовать то, что не удалось в этот раз.

Многие вещи для шоу создавались с нуля и поэтому так дорого обошлись.

Не секрет, что все красивое стоит больших денег, а в нашей стране вернуть затраты на записи, студию, шоу бывает достаточно трудно. Вы сделали все на свои деньги?

В основном, да. У нас был успешный краудфандинг на Планета.ру, однако он покрыл едва ли одну пятую расходов. В шоу ушла большая часть моих накоплений, а также мои музыканты вложились, как могли. Но я не жалею нисколько. Это то, ради чего стоит жить и тратиться. К тому же, многие вещи для шоу создавались с нуля и поэтому так дорого обошлись. Теперь постановка, при необходимости, выйдет в разы дешевле: нам не надо оплачивать печать на 3D-принтере, анимацию с нуля и пошив костюмов.

Расскажи об «Искре»: почему альбом вы решили записать по системе краудфандинга? В последнее время появляется все больше негативных отзывов музыкантов: не собравший хоть какие-то деньги проект — это скорее антиреклама для них.

Краудфандинг был важен для нас не только по материальным причинам. Несмотря на риск, краудфандинг — это хороший способ заинтересовать аудиторию, а также поставить более четкую задачу перед самим собой. Осознание того, что есть люди, которые ждут от тебя результата и готовы в него вложиться, дает достаточно много сил. Мы, конечно, опасались не набрать нужную сумму, бывали дни простоев, однако, мы старались изо всех сил, и в итоге все получилось!

Пластинку можно назвать действительно целостной и монолитной. А будут ли жить песни с нее отдельно друг от друга?

Да, однозначно да, они создавались именно так, чтобы быть при необходимости самостоятельными. Конечно, при прослушивании их вместе открывается совсем иной уровень смысла и понимания, однако, будучи вырванными из контекста, песни не теряют своей сути.

Что личного ты вложила в альбом?

Пожалуй, весь альбом – это результат последних лет моей жизни и многого того, во что я верю. Каждая песня имеет под собой реальную историю, ту или иную.

«В Картонном городе появляется Искра, которая жаждет изменить окружающий мир к лучшему и вдохновляет жителей на борьбу с существующим порядком и жестокими правителями — Минотаврами» — это, случайно, не о политике?

Это можно понимать, как политический сюжет, но лишь как одну из возможных трактовок. Однако, я при создании не вкладывала такого смысла. Образ искры и минотавров — это скорее некое переосмысление архетипов и коллективных образов. Я бы сказала, что минотавры — это гораздо больше, чем страшное существо из бюрократического аппарата или овального кабинета, это — скорее некий образ мысли, схема и способ существования. Собственно, в песне все сказано, «в каждом из нас живет минотавр», прежде всего она об этом.

Если кто-то хочет петь о политике — это его право и дело.

Кстати, а тебя саму можно было бы назвать политически активным человеком? Или, все-таки, музыка и политика должны быть жестко разделены?

Я достаточно аполитична. Политика, на мой взгляд, это — некий результат, следствие человеческих черт. Поэтому есть смысл работать с тем, что первично, а не лезть на баррикады, я так считаю. А первично то, что у каждого человека в голове и сердце. Что касается разделения музыки и политики… не могу сказать, что считаю его необходимым. Если кто-то хочет петь о политике — это его право и дело. Лично мне это не интересно, а если в моих песнях кто-то видит политический смысл, что ж… у всех свое восприятие!

Чем ты обычно занимаешься вне сцены, студии, репетиций?

Стараюсь развиваться физически и интеллектуально. Читаю книги, смотрю фильмы, хожу в зал и общаюсь с друзьями. Также я работаю в Институте социологии РАН, социология — один из важных источников вдохновения для меня. Научная работа, как ни странно, стимулирует творческое начало.

В западной музыке очень много групп, работающих над концептуальностью своего творчества. В твоем творчестве много отсылок к литературе, живописи, культуре, истории. Как ты думаешь, у нас есть аудитория, готовая это воспринимать?

Я считаю, что да. К тому же, я стараюсь не делать эти отсылки слишком сложными и непонятными, и использовать достаточно известные многим людям образы. В конце концов, почему бы и не работать обратной связи – если песня чем-то цепляет, то слушатель сам решит прояснить для себя, кто все эти люди, о которых там упоминается. Я так в свое время, например, прочла Сильмариллион Толкиена, чтобы лучше понимать альбом Blind Guardian “Nightfall in the Middle Earth”.

На сегодняшний день «Искра» — конечно, лучшая ваша работа. Что вы будете делать дальше?

Писать новые песни, о других историях. Мне есть, что еще сказать и о чем написать.

VK

FACEBOOK

СВЕТЛАНА МАКСИМОВА

Комментариев пока нет

Комментарии закрыты